Кирилл Алексеев: «Есть список людей, которых нужно атаковать»

Кирилл Алексеев – политический аналитик и бывший помощник депутата Законодательного Собрания Владимирской области Максима Шевченко, который сложил свои полномочия в знак протеста против войны в Украине.

В марте в его квартире состоялись обыски по сфабрикованному уголовному делу об антивоенном граффити. Осознав, что дальше оставаться в России – небезопасно, Кирилл Алексеев эмигрировал в Турцию, где нам и удалось с ним пообщаться.

– Кирилл, почему ты уехал?

Я никогда не хотел уезжать из России и, разумеется, очень хочу вернуться на родину, когда такая возможность появится. В настоящее время, к сожалению, это невозможно. В моей квартире прошли обыски по уголовному делу, к которому я не имею никакого отношения. Пока я нахожусь в статусе свидетеля, но в любой момент могу превратиться в подозреваемого и обвиняемого. Отмечу, я не считаю, что силовики таким образом пытались помешать моей работе или деятельности «Довода» и «Резонанса», у журналистов которых также были обыски. Думаю, у полицейских просто имелся определённый список людей, которых необходимо было атаковать в связи с войной и цензурой.

Ко всему прочему, у силовиков есть основания сводить со мной счёты, ведь я официально работал в штабе Навального, был одним из создателей регионального отделения «Открытой России», баллотировался в Государственную Думу в 2016-м при поддержке проекта Михаила Ходорковского. В предшествующие годы мне казалось странным, что они не заявляются ко мне с обысками, не стараются мне назначить при любом удобном случае административный арест на подольше. Сейчас всё изменилось. Дальнейшее нахождение в России представляется мне невозможным.

Ты ведь уже уезжал в прошлом году, но вернулся. Расскажи об этом.

– Весной 2021-го года организации Алексея Навального были признаны судом экстремистскими. После этого начались массовые преследования всех людей, которые там работали. Поскольку в прошлом я занимал должность штатного юриста во владимирском штабе, решил не рисковать. Мне не нужны были проблемы. Ко всему прочему, политическое поле зачищалось в то время от несистемной оппозиции накануне думских выборов.

Когда выборы закончились и стало понятно, что во Владимирской области никаких преследований не будет, я, соответственно, сразу же вернулся. Что интересно, больше всего меня отговаривал от возвращения Максим Шевченко. Неожиданно позвонил, пугал, что меня арестуют прямо на границе, что я попаду в тюрьму. Но этого не произошло. Я ведь видел, что происходит во Владимирской области. Видел, что никто не пытается привлечь к ответственности тогдашнего координатора штаба Ивана Туманова, журналистов «Довода» Илью Косыгина и Кирилла Ишутина, к которым ранее силовики проходили с обысками по уголовному делу, возбуждённому против Фонда борьбы с коррупцией.

– Почему именно Турция?

– Мне нравится в Турции. Тут нормально относятся к русским. Что уж говорить, их постоянно путают с украинцами. В той же Европе, особенно если показываешь свой паспорт, могут начаться какие-то претензии относительно национальности и гражданства. Кроме того, после сложения полномочий помощника депутата я фактически стал безработным и живу лишь на сбережения. А Турция – недорогая страна. Любое европейское государство, даже те же Болгария или Словакия – это намного большие затраты на базовые вещи, необходимые для жизни. В ближайшее время я намерен жить здесь. Отмечу также, что Турция никого не выдаёт по запросам российских властей. Мой знакомый Антон Михальчук, например, который был в розыске за участие в деятельности нежелательной организации [по мнение российских властей] «Открытая Россия», рассказывал, как его задержали в турецком аэропорту, но в тот же день отпустили, отказавшись экстрадировать.

Что касается местного политического режима, каким бы он ни был, я стараюсь не вмешиваться. Турция и так делает очень много для тех, кто приезжает. Ни россиян, ни украинцев, ни кого-либо ещё отсюда не выгоняют, им не отказывают во въезде. Никого не выдают. Живи, пожалуйста, свободно. Даже нелегалов не притесняют. В общем, есть здесь свои плюсы, особенно на фоне нынешней политической обстановки в мире.

Турция – это самая лайтовая мусульманская страна. Я не вижу здесь какого-то гнёта или дискриминации в отношении представителей других конфессий, в том числе и православных христиан, к которым я себя отношу. В Стамбуле также есть православные церкви, в одной из которых совсем недавно я даже встречал Пасху.

– Что думаешь о войне в Украине и антивоенных митингах, которые проходят в Стамбуле?

Я крайне негативно отношусь к войне с Украиной. И, как мне представляется, она наглядно показала ничтожность российских вооружённых сил. Впрочем, это можно было бы предугадать: если бы путинская власть хоть немножко отдавала себе отчёт, она бы понимала, что война с таким крупным государством закончится позором для российской армии, который увидит весь мир, в том числе и старшие партнёры из Китая, имеющие свои интересы по отношению к российским ресурсам. Чисто военная слабость этого режима сейчас ни для кого не является чем-то неожиданным. Я также против того, чтобы русские и украинцы убивали друг друга и русские убивали русских. Нельзя забывать, что в восточной части Украины огромное количество людей считают себя русскими и говорят на русском. По сути, русские воюют одновременно и на стороне Украины, и на стороне России, и на стороне самопровозглашённых Донецкой и Луганской народных республик. Вот этот вот кровавый котёл из русских я не могу, разумеется, приветствовать, в первую очередь как националист.

Что касается пресловутых доводов а-ля: «Что ты делал восемь лет?», тот объём потерь, который сейчас есть, многократно, в сотни раз перекрывает число людских жертв, которые имели место в течение этих восьми лет. Кроме того, сама ситуация на Донбассе – это история о том, как регионы в составе какой-то страны решили взбунтоваться. И никакой войны восемь лет назад не было бы, если бы не вмешательство России. Кто снабжал оружием армии ДНР и ЛНР? Кто направлял туда российских военнослужащих? Это риторические вопросы. Если бы этим не занимались, конфликт давно сошел бы на нет. Но его специально и целенаправленно подогревал Кремль. Ибо ни о каком серьёзном притеснении русских на Донбассе никогда не шло даже речи.

Что касается антивоенных митингов в Стамбуле, это давно уже не политическое, а скорее религиозное действо. Они проходят ежедневно по одному и тому же сценарию, включая пение государственного гимна Украины, звучат одни и те же лозунги. Поэтому для меня это не то мероприятие, от которого я ловлю кайф и с которым я солидарен полностью. Например, я не буду кричать: «Русский военный корабль, иди на@#й» или «Русский консул пошёл на@#й». Я не буду делать это прежде всего как русский националист. Если бы там говорилось: «российский» – это, конечно, совсем другое дело. А так я к этому присоединяться не могу, а стоять рядом и молчать тоже как-то не очень хочется. Тем более, последнее с недавнего времени ещё и запрещено турецкой полицией.

В Стамбуле я познакомился с семейной парой из Владимира. Он – русский, она – украинка, гражданка Украины. Они тоже эмигрировали сюда после начала войны. Они – евангелисты и, как верующие люди, не могут поддерживать насилие и жить в стране, которая ведёт агрессивную войну. По этой же причине они не могут ходить на украинские акции и кричать там: «Путин, шоб ты сдох!» . Каким бы ужасным человеком он ни был, с точки зрения религии, это неправильно. И я разделяю эту позицию.

Поделиться